США, 115 мин
Премьера:США: 17 декабря 2008 (ограниченный прокат); 23 января 2009 (широкий прокат); Великобритания: 16 января 2009
Режиссер: Darren Aronofsky
Автор сценария: Robert D. Siegel
Когда-то давным-давно, когда я впервые увидел по телевизору поединок по реслингу, я пришел в восторг. Вот это настоящий бой, подумал я, бой без правил. А потому зрелище заслуживает внимания, а борцы, творящие на ринге что-то невообразимое, – уважения. Понимание того, что это шоу, а не настоящий бой, пришло чуть позже. И что удары и кульбиты – всего лишь трюки. Столкнувшись с «подделкой», пришло разочарование. Интерес к реслингу так и не возродился, но прошедшее время научило уважать всякий труд. И еще я понял, что шоу может быть реальностью. Мы- актерами чьей-то пьесы. И что правда у каждого своя…
Позитивная реклама все же подтолкнула меня на просмотр. И Микки Рурк, который играл когда-то запоминающихся, в общем симпатичных мне героев, но потом внезапно выпавший из мира кино. Его возвращение было интригой; оно вызвало бурю эмоций у критиков и почитателей его талантов. Было интересно посмотреть.
Фильм оказался прямолинейным и жестким, простым и местами откровенно скучным. Рэнди «Рэм» (Микки Рурк) – бывший король ринга, двадцать лет спустя. Постаревший, но сохранивший гордую осанку, перебивающийся ныне участием в промо-боях локального масштаба. Для усталого истерзанного тела – нелегкий труд. И вот, после очередной кровавой бойни в экстремальном представлении, с дюжиной порезов от стекла, колючей проволоки и степлерных скрепок, сердце его не выдерживает, и он падает в раздевалке в лужу собственной рвоты. Рассматривая затем с удивлением огромный шрам на своей груди после операции шунтирования, Рэнди осознает, что врачи не шутят, и что с этой работой придется завязать. Запершись в своем маленьком трейлере в богом забытом пригороде, Рэнди мучительно осмысливает ужас своего положения, ведь в жизни у него почти ничего больше нет. Есть Кассиди, женщина в ночном клубе, к которой Рэнди испытывает некоторые чувства, и к которой он теперь обращается за советом. Кассиди делает для клиента исключение, и они выходят за границы клубного этикета, чтобы поделиться друг с другом своим личным. Они ведь чем-то похожи. По большому счету, оба они – актеры – и зарабатывают, развлекая клиентов. Выясняется, у обоих есть дети. У Рэнди – дочь тинэйджер, у Кассиди – девятилетний сын. Но есть и большая разница. Для Рэнди ринг – это его дом, а зрители и поклонники – семья. Для Кассиди танц-пол – просто работа, а настоящая семья – это сын и дом.
Теперь, когда его мир рухнул, Рэнди хочет начать все сначала. Найти дочь, все ей объяснить, получить прощение, обрести «нормальную» семью. Кассиди помогает ему сделать первый шаг. Рэнди обретает второе дыхание, плачет от счастья свидания с дочерью, открывает свои чувства Кассиди, с весельем раскидывает салаты по баночкам и шутит с покупателями на своей новой работе ("Two big breasts? -- Oh, two big breasts is what I need".)
Но не так просто найти свое место в этом новом мире. Чтобы привыкнуть и выжить в нем, нужна постоянная помощь, нужен проводник. А прошлое забыть невозможно. Аплодисменты зрителей до сих пор шумят в голове сладким наркотиком. Тебя все еще узнают поклонники. Стероиды, кокаин, и случайный трах на вечеринке в туалете плохо вяжутся с хорошим отцовством и заставляют забыть о назначенном свидании. И дочь отметает возможность прощения с присущим ее возрасту максимализмом. И женщина, в которую ты влюблен, твой светлый ангел и проводник в новый мир, предательски медленно копается в себе и в своих к тебе чувствах.
Что же остается? Лишь одно: отбросить страх и вновь выйти на ринг с грандиозным поединком, чтобы услышать шум ликующей толпы, почувствовать ее страсть и любовь, пусть и в последний раз. Расправить плечи и испытать это обжигающее чувство снова. Твой ангел, наконец, спешит к тебе и просит остановиться. Но поздно. Выбор сделан, зрительский зал бушует, сердце разгоняется адреналином, и ты только хочешь, чтобы оно не подвело тебя – ты даруешь ему покой совсем скоро. Ты на ринге, шоу продолжается, зал ревет. Ты поднимаешься на канаты и смотришь вниз, на толпу, но вдруг с надеждой ищешь в проеме двери ее силуэт. Но она ушла. Принять твой выбор игры между жизнью и смертью оказывается выше ее сил. Что ж, не осталось ничего, что имело бы смысл. Кроме твоего коронного трюка. И ты летишь вниз, навстречу неизвестности, и сердце твое разрывается на миллион осколков.
Конец фильма.

